— А кстати, почему мы все зацепились за наркоманов? — спросила я Леву Задова, стоящего над трупом в позе дачника, вскапывающего огород. Он тут недавно ездил в чисто поле, где часа четыре в дождик осматривал покойника, — все посмеивались, что капюшон экспертам надо пришивать к другому месту, у Левки намокло именно оно…

— Из-за множественности ранений, каждого из которых хватило бы для причинения смерти, — не разгибаясь, ответил мне Задов.

— Иначе говоря, из-за того, что для достижения преступного результата были употреблены явно несоразмерные усилия, противоречащие здравому смыслу?

— Они хочут свою образованность показать и все время говорят о непонятном, — пробурчал неслышно подкравшийся сзади Болельщиков. И как это он свою тушу так бесшумно переносит?

— Я думаю, что за наркоманов мы зацепились из-за того, что во-он там, на площадочке, полно использованных шприцев, кое-какие свеженькие, — продолжил Болельщиков, протягивая мне на листе бумаги три одноразовых шприца, в которых по стенкам лениво перекатывались какие-то бурые капли. — Машка, ты пишешь уже? Это я прямо с подоконника забрал — аккуратно, на бумажку. Сейчас на пальчики обработаю, все пригодится.

— Спасибо, Женя, положи вот сюда, только смотри, чтобы никто не наступил. — Я благодарно кивнула Женьке. — Даже если эти наркоманы, которые там на площадочке тусуются, и не при делах, то хоть как свидетели сгодятся.

— Ага, — Женя шумно перевел дух. — Я вон, когда в квартиру ходил лампу подключать, мне тетка там сказала, что дверь парадной дважды хлопала.

— Вот как? — Я подняла глаза от протокола. — Значит, сначала выбежали убийцы, а потом — сверху — наблюдатели рванули? Может, те самые наркоманы с площадки? Там у них постоянный клуб…

— Убийца. — Это подал голос эксперт Задов; он уже проделал с трупом все, что от него требовалось, и теперь заполнял листочек с описанием трупных явлений.